Я хочу сделать тебе предложение», – негромко и торжественно сказал Митя. «Делай!» – весело сказала Юля и поцеловала его в щеку. Они жили вместе уже четыре года. «Я заказал гидроплан, – сказал он. – На субботу». – «Ты делаешь мне предложение покататься на самолете?» – «Вот именно! Мы полетим на озеро и приводнимся у дальнего берега. В охотничьем домике нас будет ждать ужин при свечах. Здорово, правда?» – «То есть ты мне предложение будешь делать не сейчас, а там? При свечах?»
Показаны сообщения с ярлыком цитата. Показать все сообщения
Показаны сообщения с ярлыком цитата. Показать все сообщения
вторник, 8 сентября 2015 г.
Я хочу сделать тебе предложение... (Денис Драгунский)
Ярлыки:
Драгунский,
женщина,
мужчина,
отношения,
психология,
сказка,
цитата
суббота, 23 февраля 2013 г.
Сказка "Принцесса и стамеска"
- Принцесса! Прин-цес-саааа! — заорали под окнами. — Прекрасная принцесса здесь живет?
Она раздраженно вздохнула и высунулась из окна:
- Чего тебе?!
Внизу стоял принц. Обыкновенный прекрасный принц, конь в комплекте.
Она раздраженно вздохнула и высунулась из окна:
- Чего тебе?!
Внизу стоял принц. Обыкновенный прекрасный принц, конь в комплекте.
Притча о двух половинках яблока
Философ подбросил на ладони яблоко, повертел, разглядывая с разных сторон, и глубокомысленно произнес:
- Люди считают, что их души подобны яблокам.
- В смысле? – заинтересовался его ученик.
- Точнее, половинкам, – поправился философ.- Вот так примерно. Он аккуратно разрезал яблоко на две части и положил на стол. -У них есть такое поверие, будто для каждого человека существует идеальная пара.
- Люди считают, что их души подобны яблокам.
- В смысле? – заинтересовался его ученик.
- Точнее, половинкам, – поправился философ.- Вот так примерно. Он аккуратно разрезал яблоко на две части и положил на стол. -У них есть такое поверие, будто для каждого человека существует идеальная пара.
Два полных существа больше не ищут в другом то, чего им не достает
На самом деле,чтобы создать супружескую пару, нужны четверо: мужчина
плюс его часть женственности и женщина плюс ее часть мужественности.
Два полных существа больше не ищут в другом то, чего им не достает. Они
могут объединиться, не мечтая об идеальной женщине или идеальном
мужчине, потому, что нашли их в самих себе.
Б. Вербер "Имерия Ангелов"
Б. Вербер "Имерия Ангелов"
Ярлыки:
Вербер,
женщина,
Империя Ангелов,
книга,
мужчина,
психология,
цитата
пятница, 23 марта 2012 г.
Роберт Шекли: “Того же и вам - вдвойне!”
- Три желания, - быстро ответил Ситвелл. - Погодите, дайте разобраться. Если я правильно понял, я могу высказать три любых желания? Без всякой платы и без всяких предварительных условий? - Условие есть. - Так я и знал, - горько усмехнулся Эдельстайн. - Оно очень простое. Чего бы вы ни пожелали себе, ваш злейший враг получит то же самое в двойном размере.
пятница, 10 декабря 2010 г.
суббота, 20 ноября 2010 г.
пятница, 8 октября 2010 г.
Я ложил на вас свой огромный железобетонный болт!
Продолжаем седняшнюю темку начатую группой Телевизор.
Прислали Вконтакте очередной "шедевр"
"Болт" - Noize MC и Ляпис Трубецкой
Прислали Вконтакте очередной "шедевр"
"Болт" - Noize MC и Ляпис Трубецкой
суббота, 2 октября 2010 г.
Ну, кто еще хочет попробовать комиссарского тела?
отрывок из к/ф "Оптимистическая трагедия", 1963
1917 год. В отряд матросов-анархистов, который возглавляет анархист Вожак (Борис Андреев), от ЦК партии большевиков назначен комиссар (Маргарита Володина). Ей поручено переформировать отряд в Первый матросский полк. Единственный оставшийся на корабле живой офицер должен стать его командиром и вместе с комиссаром повести полк на фронт.
Вожак провоцирует попытку группового изнасилования комиссара («А давайте, товарищ, женимся!»), наблюдая за развитием событий со стороны. Но комиссар из своего браунинга хладнокровно в упор стреляет в одного из насильников. После чего произносит фразу, ставшую крылатой: «Ну, кто еще хочет попробовать комиссарского тела?»
среда, 29 сентября 2010 г.
Мефистофель: Я - часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо
Фраза эта встречается как эпиграф к роману "Мастер и Маргарита", впрочем в несколько измененном варианте. Существует несколько переводов с немецкого "Фауста" Гете.
ФаустИ. Гете "Фауст" (пер. Б. Пастернак)
Однако специальный атрибутМефистофель
У вас обычно явствует из кличек:
Мушиный царь, обманщик, враг, обидчик,
Смотря как каждого из вас зовут:
Ты кто?
Часть силы той, что без числаФауст
Творит добро, всему желая зла.
Нельзя ли это проще передать?Мефистофель
Я дух, всегда привыкший отрицать.
И с основаньем: ничего не надо.
Нет в мире вещи, стоящей пощады.
Творенье не годится никуда.
Итак, я то, что ваша мысль связала
С понятьем разрушенья, зла, вреда.
Вот прирожденное мое начало,
Моя среда.
ФаустИ. Гете "Фауст" (пер. Н. Холодковский)
Чтоб узнать о вашем брате суть,Мефистофель
На имя следует взглянуть.
По специальности прозванье вам даётся:
Дух злобы, демон лжи, коварства — как придётся.
Так кто же ты?
Часть вечной силы я,Фауст
Всегда желавший зла, творившей лишь благое.
Кудряво сказано; а проще — что такое?Мефистофель
Я отрицаю всё - и в этом суть моя.
Затем, что лишь на то, чтоб с громом провалиться,
Годна вся эта дрянь, что на земле живёт.
Не лучше ль было б им уж вовсе не родиться!
Короче, всё, что злом ваш брат зовёт, —
Стремленье разрушать, дела и мысли злые,
Вот это всё — моя стихия.
...Так кто ж ты, наконец?-- Я -- часть той силы,что вечно хочетзла и вечно совершает благо.
Гете. "Фауст"
Эпиграф к роману М. Булгакова "Мастер и Маргарита"
Р.П.Уоррен: Ты должен сделать добро из зла...
Ты должен сделать добро из зла, потому что его больше не из чего сделать.
You must make good from evil because there is nothing else from which to make it.
You must make good from evil because there is nothing else from which to make it.
Я наблюдал за лицом Адама. Белое и застывшее, оно как будто былоРоберт Пенн Уоррен. Вся королевская рать
высечено из гладкого камня. Он был похож на человека, который ожидает
приговора судьи. Или врача. На своем веку Адам, наверно, перевидел
множество таких лиц. Ему приходилось смотреть этим людям в глаза и
говорить то, что он должен был сказать.
- Да, - продолжал Хозяин, - ушел. Он из тех, которые хотят, чтобы волки
были сыты и овцы целы. Знаешь эту породу, док?
Он кинул на Адама взгляд, как кидают муху на крючке в ручей с форелью.
Но у него не клюнуло.
- Да, старик Хью... Он так и не уразумел, что ты не можешь иметь все
сразу. Что можешь иметь только самую малость. И только то, что сделал
своими руками. А он, потому что получил в наследство кое-какие деньжата и
фамилию Милер, он думал, что можно иметь все. И хотел он той последней
пустяковины, которую как раз и нельзя получить в наследство. Знаешь какой?
- Он пытливо смотрел на Адама.
- Какой? - сказал Адам после долгой паузы.
- Добра. Да, самого простого, обыкновенного добра. А его-то и нельзя
получить в наследство. Ты должен сделать его, док, если хочешь его. И
должен сделать его из зла. Зла. Знаешь почему, док? - Он тяжело
приподнялся в старом кресле, подался вперед, уперев руки в колени и задрав
плечи, и из-под волос, упавших на глаза, уставился в лицо Адаму. - Из зла,
- повторил он. - Знаешь почему? Потому что его больше не из чего сделать.
- И, снова развалившись в кресле, ласково повторил: - Это ты знаешь, док?
Адам молчал.
пятница, 17 сентября 2010 г.
Бесы
Мчатся тучи, вьются тучи;
Невидимкою луна
Освещает снег летучий;
Мутно небо, ночь мутна.
Еду, еду в чистом поле;
Колокольчик дин-дин-дин…
Страшно, страшно поневоле
Средь неведомых равнин!
«Эй, пошёл, ямщик!..» — «Нет мочи:
Коням, барин, тяжело;
Вьюга мне слипает очи;
Все дороги занесло;
Хоть убей, следа не видно;
Сбились мы. Что делать нам!
В поле бес нас водит, видно,
Да кружит по сторонам.
Посмотри: вон, вон играет,
Дует, плюет на меня;
Вон — теперь в овраг толкает
Одичалого коня;
Там верстою небывалой
Он торчал передо мной;
Там сверкнул он искрой малой
И пропал во тьме пустой».
Мчатся тучи, вьются тучи;
Невидимкою луна
Освещает снег летучий;
Мутно небо, ночь мутна.
Сил нам нет кружиться доле;
Колокольчик вдруг умолк;
Кони стали… «Что там в поле?» —
«Кто их знает? пень иль волк?»
Вьюга злится, вьюга плачет;
Кони чуткие храпят;
Вот уж он далече скачет;
Лишь глаза во мгле горят;
Кони снова понеслися;
Колокольчик дин-дин-дин…
Вижу: духи собралися
Средь белеющих равнин.
Бесконечны, безобразны,
В мутной месяца игре
Закружились бесы разны,
Будто листья в ноябре…
Сколько их! куда их гонят?
Что так жалобно поют?
Домового ли хоронят,
Ведьму ль замуж выдают?
Мчатся тучи, вьются тучи;
Невидимкою луна
Освещает снег летучий;
Мутно небо, ночь мутна.
Мчатся бесы рой за роем
В беспредельной вышине,
Визгом жалобным и воем
Надрывая сердце мне…
Пушкин А.С., 1830, "Бесы"
Невидимкою луна
Освещает снег летучий;
Мутно небо, ночь мутна.
Еду, еду в чистом поле;
Колокольчик дин-дин-дин…
Страшно, страшно поневоле
Средь неведомых равнин!
«Эй, пошёл, ямщик!..» — «Нет мочи:
Коням, барин, тяжело;
Вьюга мне слипает очи;
Все дороги занесло;
Хоть убей, следа не видно;
Сбились мы. Что делать нам!
В поле бес нас водит, видно,
Да кружит по сторонам.
Посмотри: вон, вон играет,
Дует, плюет на меня;
Вон — теперь в овраг толкает
Одичалого коня;
Там верстою небывалой
Он торчал передо мной;
Там сверкнул он искрой малой
И пропал во тьме пустой».
Мчатся тучи, вьются тучи;
Невидимкою луна
Освещает снег летучий;
Мутно небо, ночь мутна.
Сил нам нет кружиться доле;
Колокольчик вдруг умолк;
Кони стали… «Что там в поле?» —
«Кто их знает? пень иль волк?»
Вьюга злится, вьюга плачет;
Кони чуткие храпят;
Вот уж он далече скачет;
Лишь глаза во мгле горят;
Кони снова понеслися;
Колокольчик дин-дин-дин…
Вижу: духи собралися
Средь белеющих равнин.
Бесконечны, безобразны,
В мутной месяца игре
Закружились бесы разны,
Будто листья в ноябре…
Сколько их! куда их гонят?
Что так жалобно поют?
Домового ли хоронят,
Ведьму ль замуж выдают?
Мчатся тучи, вьются тучи;
Невидимкою луна
Освещает снег летучий;
Мутно небо, ночь мутна.
Мчатся бесы рой за роем
В беспредельной вышине,
Визгом жалобным и воем
Надрывая сердце мне…
Пушкин А.С., 1830, "Бесы"
вторник, 7 сентября 2010 г.
"Метод Карлсона"
Карлсон прикрыл лицо двумя пухленькими ручками и лукаво поглядел на нее в щелочку между пальцами. -- Нет, ничего, глядеть можно, но только осторожно, -- сказал он. -- Конечно, ты не первая в мире красавица, но ведь ко всему можно привыкнуть, так что ничего, сойдет, могу и поглядеть! Ведь главное, что ты милая... Дай мне блинка! Фрекен Бок окинула Карлсона безумным взглядом, а потом обратилась к Малышу: -- Разве твоя мама предупредила меня, что этот мальчик будет у нас обедать? Неужели она так распорядилась? Малыш постарался ответить как можно более уклончиво, но дружелюбно: -- Во всяком случае, мама считает... что Карлсон... -- Отвечай, да или нет, -- прервала его фрекен Бок. -- Твоя мама сказала, что Карлсон должен у нас обедать? -- Во всяком случае, она хотела... -- снова попытался уйти от прямого ответа Малыш, но фрекен Бок прервала его жестким окриком: -- Я сказала, отвечай -- да или нет! На простой вопрос всегда можно ответить "да" или "нет", по-моему, это не трудно. -- Представь себе, трудно, -- вмешался Карлсон. -- Я сейчас задам тебе простой вопрос, и ты сама в этом убедишься. Вот, слушай! Ты перестала пить коньяк по утрам, отвечай -- да или нет? У фрекен Бок перехватило дыхание, казалось, она вот-вот упадет без чувств. Она хотела что-то сказать, но не могла вымолвить ни слова. -- Ну вот вам, -- сказал Карлсон с торжеством. -- Повторяю свой вопрос: ты перестала пить коньяк по утрам? -- Да, да, конечно, -- убежденно заверил Малыш, которому так хотелось помочь фрекен Бок. Но тут она совсем озверела. -- Нет! -- закричала она, совсем потеряв голову. Малыш покраснел и подхватил, чтобы ее поддержать: -- Нет, нет, не перестала! -- Жаль, жаль, -- сказал Карлсон. -- Пьянство к добру не приводит. Силы окончательно покинули фрекен Бок, и она в изнеможении опустилась на стул. Но Малыш нашел наконец нужный ответ. -- Она не перестала пить, потому что никогда не начинала, понимаешь? -- сказал он, обращаясь к Карлсону. -- Я-то понимаю, -- сказал Карлсон и добавил, повернувшись к фрекен Бок: -- Глупая ты, теперь сама убедилась, что не всегда можно ответить "да" или "нет"... Дай мне блинка!
А. Линдгрен "Малыш и Карлсон"
ЗЫ Не ищите этот диалог в советском мультфильме "Карлсон вернулся",
1970го года, его там нет
ЗЗЫ Пытлвый читатель спросит а причем тут политика? Элементарно. Метод Карлсона применяется во время предвыборных кампаний. Против какого-либо оппозиционного кандидата собирается компрометирующая его информация, а через некоторое время она опровергается, однако отрицательное впечатление о кандидате у избирателей при этом остается. Вот такие вот пироги.
понедельник, 6 сентября 2010 г.
Выборы, выборы, кандидаты - пидоры
Сижу, не пью уже с утра,
На завтра будут выбора,
Я должен быть предельно трезв,
Чтобы в графу поставить крест.
Эй, пойдет голосование!
Дружок принес в кармане грамм,
А я готовлюсь к выборам,
Не буду нюхать нихера,
Чтоб не сорвались выбора.
Эй, пойдет голосование
И вот настал великий день,
Мне дали в руки бюллетень.
Беру и ставлю крестик - эх,
Я голосую против всех.
Эй, с козлами не играю!
Эй, я вас не выбираю!
Эй, идет голосование!
Выборы, выборы, кандидаты - пидоры!!!
На завтра будут выбора,
Я должен быть предельно трезв,
Чтобы в графу поставить крест.
Эй, пойдет голосование!
Дружок принес в кармане грамм,
А я готовлюсь к выборам,
Не буду нюхать нихера,
Чтоб не сорвались выбора.
Эй, пойдет голосование
И вот настал великий день,
Мне дали в руки бюллетень.
Беру и ставлю крестик - эх,
Я голосую против всех.
Эй, с козлами не играю!
Эй, я вас не выбираю!
Эй, идет голосование!
Выборы, выборы, кандидаты - пидоры!!!
гр. Ленинград, С. Шнуров
"Нас ебут, а мы крепчаем"
Нас ебут, а мы крепчаем И становимся умней, С каждым годом примечая, Что у них ещё длинней.
Булатов Б.С.
"А если б мы, взрослые, стали бы к вам на помойки лазить? "
Дошли до обычного места — дворика с качелями и песочницей. Сели: Валерка, как всегда, на качели, а Иван — на дощатый борт песочницы. Из песка торчали несколько полузанесенных бутылок, узкий язык газеты, подрагивавший на ветру, и несколько сухих веточек. Эта песочница очень высоко ценилась у бутылочных старушек — она давала великолепные урожаи, почти такие же, как избушки на детской площадке в парке имени Мундинделя, и старухи часто дрались за контроль над ней, сшибаясь прямо на Спинномозговой, астматически хрипя и душа друг друга пустыми сетками, из какого-то странного такта они всегда сражались молча, и единственным звуковым оформлением их побоищ — часто групповых — было торопливое дыхание и редкий звон медалей.
— Пить будешь? — спросил Валерка, скусив пластмассовую пробку и выплюнув ее в пыль.
— Не могу, — ответил Иван. — Ты же знаешь. Почки у меня.
— У меня тоже не листья, — ответил Валерка, — а я пью. Ты на всю жизнь, что ли, дураком стал?
— До праздника потерплю, — ответил Иван.
— На тебя смотреть уже тошно. Как будто ты… — Валерка сморщился в поисках определения, — как будто ты нить жизни потерял.
Кисло пахнуло сушняком — Валерка задрал голову вверх, опрокинул бутылку над разинутым ртом и принял в себя ходящую из стороны в сторону из-за каких-то гидродинамических эффектов струю.
— Вот, — сказал он, — птиц сразу слышу. И ветер. Тихие такие звуки.
— Тебе б стихи писать, — сказал Иван.
— А я, может, и пишу, — ответил Валерка, — ты откуда знаешь, знамя отрядное?
— Может, пишешь, — равнодушно согласился Иван. Он с некоторым удивлением заметил, что дворик, где они сидят, состоит не только из песочницы и качелей, а еще и из небольшой огороженной клумбы, заросшей крапивой, из длинного желтого дома, пыльного асфальта и идущего зигзагом бетонного забора. Вдали, там, где забор упирался в дом, на помойке копошились дети, иногда подолгу задумчиво замиравшие на одном месте и сливавшиеся с мусором, отчего невозможно было точно определить, сколько их. «В центре дети воспитанные и уродов мало, — подумал Иван, глядя на их возню, — а отъехать к окраине, так и на качели залазят, и в песочнице роются, и ножиком могут… И какие страшные бывают…»
Дети словно почувствовали давление Ивановой мысли: одна из фигурок, до этого совершенно незаметная, поднялась на тонкие ножки, походила немного вокруг мятой желтой бочки, лежавшей чуть в стороне от остального мусора, и нерешительно двинулась по направлению к взрослым. Это оказался мальчик лет десяти, в шортах и курточке с капюшоном.
— Мужики, — спросил он, подойдя поближе, — как у вас со спичками?
Валерка, занятый второй бутылкой, в которой отчего-то оказалась тугая пробка, не заметил, как ребенок приблизился, — а обернувшись на его голос, очень разозлился.
— Ты! — сказал он. — Вас в школе не учили, что детям у качелей и песочниц делать нечего?
Мальчик подумал.
— Учили, — сказал он.
— Так чего ж ты? А если б мы, взрослые, стали бы к вам на помойки лазить?
— В сущности, — сказал мальчик, — ничего бы не изменилось.
— Ты откуда такой борзой? — с недобрым интересом спросил Валерка. — Да ты знаешь, что у меня сын такой же?
Валерка чуть преувеличивал — его сын, Марат, был с тремя ногами и недоразвитый — третья нога была от радиации, а недоразвитость — от отцовского пьянства. И еще он был младше.
— Да у вас, может, и спичек нет? — спросил мальчик. — А я говорю тут с вами.
— Были бы — не дал, — ответил Валерка.
— Ну и успехов в труде, — сказал мальчик, повернулся и побрел к помойке. Оттуда ему махали.
В. Пелевин, "День бульдозериста"
— Пить будешь? — спросил Валерка, скусив пластмассовую пробку и выплюнув ее в пыль.
— Не могу, — ответил Иван. — Ты же знаешь. Почки у меня.
— У меня тоже не листья, — ответил Валерка, — а я пью. Ты на всю жизнь, что ли, дураком стал?
— До праздника потерплю, — ответил Иван.
— На тебя смотреть уже тошно. Как будто ты… — Валерка сморщился в поисках определения, — как будто ты нить жизни потерял.
Кисло пахнуло сушняком — Валерка задрал голову вверх, опрокинул бутылку над разинутым ртом и принял в себя ходящую из стороны в сторону из-за каких-то гидродинамических эффектов струю.
— Вот, — сказал он, — птиц сразу слышу. И ветер. Тихие такие звуки.
— Тебе б стихи писать, — сказал Иван.
— А я, может, и пишу, — ответил Валерка, — ты откуда знаешь, знамя отрядное?
— Может, пишешь, — равнодушно согласился Иван. Он с некоторым удивлением заметил, что дворик, где они сидят, состоит не только из песочницы и качелей, а еще и из небольшой огороженной клумбы, заросшей крапивой, из длинного желтого дома, пыльного асфальта и идущего зигзагом бетонного забора. Вдали, там, где забор упирался в дом, на помойке копошились дети, иногда подолгу задумчиво замиравшие на одном месте и сливавшиеся с мусором, отчего невозможно было точно определить, сколько их. «В центре дети воспитанные и уродов мало, — подумал Иван, глядя на их возню, — а отъехать к окраине, так и на качели залазят, и в песочнице роются, и ножиком могут… И какие страшные бывают…»
Дети словно почувствовали давление Ивановой мысли: одна из фигурок, до этого совершенно незаметная, поднялась на тонкие ножки, походила немного вокруг мятой желтой бочки, лежавшей чуть в стороне от остального мусора, и нерешительно двинулась по направлению к взрослым. Это оказался мальчик лет десяти, в шортах и курточке с капюшоном.
— Мужики, — спросил он, подойдя поближе, — как у вас со спичками?
Валерка, занятый второй бутылкой, в которой отчего-то оказалась тугая пробка, не заметил, как ребенок приблизился, — а обернувшись на его голос, очень разозлился.
— Ты! — сказал он. — Вас в школе не учили, что детям у качелей и песочниц делать нечего?
Мальчик подумал.
— Учили, — сказал он.
— Так чего ж ты? А если б мы, взрослые, стали бы к вам на помойки лазить?
— В сущности, — сказал мальчик, — ничего бы не изменилось.
— Ты откуда такой борзой? — с недобрым интересом спросил Валерка. — Да ты знаешь, что у меня сын такой же?
Валерка чуть преувеличивал — его сын, Марат, был с тремя ногами и недоразвитый — третья нога была от радиации, а недоразвитость — от отцовского пьянства. И еще он был младше.
— Да у вас, может, и спичек нет? — спросил мальчик. — А я говорю тут с вами.
— Были бы — не дал, — ответил Валерка.
— Ну и успехов в труде, — сказал мальчик, повернулся и побрел к помойке. Оттуда ему махали.
В. Пелевин, "День бульдозериста"
воскресенье, 5 сентября 2010 г.
Про глупца, мудреца и гения
Глупец пытается перевернуть мир, мудрец стремится его улучшить. И только гений совершает почти невозможное - пробует оставить мир в покое.
пятница, 3 сентября 2010 г.
У нас вчера с позавчера... (1967)
У нас вчера с позавчера шла спокойная игра - Козырей в колоде каждому хватало, И сходились мы на том, что оставшись при своем, Расходились, а потом - давай сначала! Но вот явились к нам они - сказали: "Здрасьте!". Мы их не ждали, а они уже пришли... А в колоде как-никак - четыре масти, - Они давай хватать тузы и короли! И пошла у нас с утра неудачная игра,- Не мешайте и не хлопайте дверями! И шерстят они нас в пух - им успех, а нам испуг, - Но тузы - они ведь бьются козырями! Но вот явились к нам они - сказали: "Здрасьте!". Мы их не ждали, а они уже пришли... А в колоде как-никак - четыре масти, - И им достались все тузы и короли! Неудачная игра - одолели шулера, - Карта прет им, ну а нам - пойду покличу! Зубы щелкают у них - видно, каждый хочет вмиг Кончить дело - и начать делить добычу. Но вот явились к нам они - сказали: "Здрасьте!". Мы их не ждали, а они уже пришли... А в колоде как-никак - четыре масти, - И им достались все тузы и короли! Только зря они шустры - не сейчас конец игры! Жаль, что вечер на дворе такой безлунный!.. Мы плетемся наугад, нам фортуна кажет зад, - Но ничего - мы рассчитаемся с фортуной! Но вот явились к нам они - сказали: "Здрасьте!". Мы их не ждали, а они уже пришли... Но в колоде все равно - четыре масти, - И нам достанутся тузы и короли!
четверг, 2 сентября 2010 г.
А. Блок: "Ночь, улица, фонарь" - Пляски смерти, стих 2
Ночь, улица, фонарь, аптека,
Бессмысленный и тусклый свет.
Живи еще хоть четверть века -
Все будет так. Исхода нет.
Умрешь - начнешь опять сначала,
И повторится все, как встарь,
Ночь, ледяная рябь канала,
Аптека, улица, фонарь.
Подписаться на:
Сообщения (Atom)